Виртуальное чтиво №25

В сумерках... (окончание)

Через пять минут в комнату стали по одной заходить девочки. Они удивлённо смотрели на новенькую, а она, в свою очередь, так же удивлённо смотрела на них.

— Тебя как зовут? — спросила у нашей героини самая бойкая из обитательниц данной комнаты.

— Виктория, — смущённо ответила наша маленькая девочка.

— А меня зовут Сара. Я здесь самая главная в комнате. Так что если что, обращайся ко мне. Ты как сюда попала? — Сара осмотрела новенькую с ног до головы, пройдясь мимо её кровати и всем своим видом показывая свою важность и значимость.

— По собственной воле, — спокойно ответила Виктория.

Девочки улыбнулись. Такой ответ им пришёлся по душе, поэтому больше они ничего спрашивать не стали, а просто легли спать — мимо проходил комендант и, как обычно, заглянул в их комнату.


Утро показалось девочке каким-то новым, и немудрено — она оказалась в каком-то новом месте, и поначалу даже не сообразила, где же она находится. Но шум со всех сторон, и вид просыпающихся соседок по комнате, рассказал ей, как выглядит обычное утро в общежитии «училища для подростков».

— Подымайся, подымайся, — стала тормошить Викторию рыжая девочка, у которой была очень белая кожа, но ни одного пятна на лице, — Пойдём умываться, надо скорее успеть.

Виктория безмолвно приподнялась, огляделась, и после этого остатки сна навсегда её покинули. Через несколько минут она уже занималась утренней гигиеной наравне со всеми, хотя ей было ещё немного страшно, и она смотрела на других, повторяя за ними, чтобы не слишком ото всех отличаться. Тем более что она заметила, как на неё с интересом смотрят и обитатели других комнат.

— Не волнуйся ты так, — приободрила её очень маленького роста девочка с очень яркими голубыми глазами, — Всё здесь очень хорошо.

Виктории очень хотелось бы, чтобы это так и было.

Через несколько мгновений она уже сидела за партой и слушала учительницу, которую звали Джоанна, но учащиеся же просто называли её Джо. Виктории было немного неудобно находиться в классе, но с другой стороны ей было дико любопытно, и она оглядывалась по сторонам. Слушая учительницу, Вики с удивлением обнаружила, что понимает, о чём идёт речь, видимо, не только она одна в этом заведении имела столь плохую начальную подготовку.

— Слуша-шйте внимательно, — говорила Джо, которая заметно шепелявила, — Мы ш вами научимшя пишать грамотно. Не у вшех это будет сражу получатшя, но вшё только впереди.

Виктория слушала затаив дыхание — неужели она чему-нибудь научится, это же ведь так интересно и хорошо — знать что-либо! И она стала слушать учительницу, и даже не обращала внимания на некоторый шум и на взгляды, которые кидали на неё местные мальчишки разных возрастов.

На перемене к ней подошёл один шустрый малый, который внимательно посмотрел ей в глаза, и спросил:

— Ты новенькая?

— Да... — неуверенно ответила наша девочка.

— И глупая, видимо, — самодовольно сказал этот подросток, лет, кажется, тринадцати, лицо которого было испещрено следами полового созревания, который всё время морщился и делал нарочито грубое лицо, полагая, что от этого его все будут бояться. И так оно и было. По крайней мере, в случае с Викторией. Она испугалась, и не нашлась с ответом, а просто опустила глаза. Парнишка принял этот жест за успех, и радостно легонько толкнул её в плечо.

— Ничего, поумнеешь, — смеясь сказал он, но улыбка мигом слетела у него с лица, когда он увидел в конце коридора приближающуюся фигуру, которая была явно крупнее него.

Девочка подняла глаза. На этот раз она увидела несколько девочек, что разглядывали её, и шушукались.

— Совсем ещё маленькая, — говорили они, — Жизни не знает. Хотя уже вон как взросло выглядит.

Виктории было очень тяжело слышать эти слова. Она не знала, как узнать жизнь. Но пока она решила не расстраиваться, а просто продолжать здесь учиться и стараться ни с кем не вздорить.


Вампир тем временем, решил устроиться на работу. Вначале он долго думал — кем бы ему стать, но потом, вспомнив хороший кошелёк врача, он понял, что ему самому неплохо было бы стать врачом. Справив на оставшиеся деньги липовые документы об образовании, он направился в близлежащую больницу города, который вся округа называла просто Красный Яр.

Такие местечки, подобные Красному Яру есть, наверное, в каждой достаточно большой стране. Жители городков, подобных этому, будто нарочно ничего не хотят менять в своей уже устоявшейся жизни, и кажется, специально избегают прогресса или самых сильных его проявлений. Так было и здесь. Телефоном старались не пользоваться без необходимости, а телевизоры даже не пытались покупать. Им и без них было хорошо. Здесь к тому же репродукторы сохранились, и иногда вовсю действовали.

В больнице было людно. Люди ходили сюда даже когда у них ничего не болело, но чтобы помочь кому-нибудь, а на самом деле (чего уж греха таить) просто поговорить. Больные то, порой, не могут найти в себе силы, и выгнать собеседника. Но чаще всего, заболевшие сами были рады, что кому-то есть до них дело. Вот в таком месте и оказался вампир. В больницу действительно требовались специалисты, а вампиру, скорее, следовало бы пойти в поликлинику, куда его и перенаправили, благо она находилась в том же здании.

Заведующий кадрами искоса посмотрел на вампира, отчего у того появилось острое желание им подкрепиться, но он переборол это желание.

— Итак, вы хотите стать терапевтом.

— Да, пожалуй. Я болезни человечества насквозь вижу.

— Хорошо. Мы примем вас на испытательный срок, да.

— А жить у вас есть где? — задал вопрос прямолинейный упырь.

Заведующий кадрами был немного удивлён.

— Вы не обеспечены жильём?

— Нет, я только что... переехал.

— Вообще-то мы не обеспечиваем работников квартирами... Быть может... — заведующий облизал губы, — Быть может, вас устроит небольшая комната в одном из корпусов. Там, кажется, довольно тихо всю ночь.

— Это не морг, случайно? — проявил медицинскую эрудицию вампир.

— Нет, нет, — улыбнулся заведующий. — Просто там одно время был склад, а теперь, из-за отсутствия оборудования комната пустует.

— Договорились, — легко согласился вампир, полагая, что ему бы и гроб хороший сошёл, не говоря уже о целой комнате.

— Пройдите к начальнику хозяйственного отдела, он выдаст вам всё необходимое, — напоследок сказал заведующий.

Вампир направился в указанное место, где ему выдали белую одежду («Терпеть не могу белый», про себя подумал вампир), различные медицинские приборы, и пропуска.

— Пройдёмте, я покажу вам рабочее место, — сказал служащий, и вампир покорно последовал вслед за ним, отмечая про себя, что у этого человека искривление позвоночника.

Кабинет оказался светлым и чистым, хотя вампир предпочитал полумрак и серость. Небольшой столик, стул коричневого цвета, рядом рабочий медицинский шкаф, ещё кое-какое медицинское чудачество — вот и всё, что было в этой комнате. На дверь с другой стороны вскоре прибили табличку, гласившую: «Педиатр. Доктор Некровский». Вампир сам выбрал себе такую фамилию, хотя польского акцента у него отродясь не было.

Первый приёмный день начался с жалобы одного старика на боль в груди.

— Знаете, даже дышать иногда не могу, кхе-кхе, — сказал старик, попутно доставая серенький платочек, и чихая в него, — Иногда покалывает, давит. Не знаю, что и делать. Старею, наверное.

— Нет, папаша, — позволил себе некоторое ехидство вампир, — вы уже давно постарели. Не в этом дело. Подойдите.

Старик подошёл. «Доктор» вместо того, чтобы воспользоваться стетоскопом, приставил ухо прямо к груди старика, пощупал его, и сказал:

— Вижу, у вас всё внутри забито. Надо от этого избавляться. Помочь может трава, под названием «Краповник жёстколистный», правда, я не знаю, продаётся ли он в аптеках, но... пожалуй, найти его стоит. Если хочешь пожить ещё, конечно.

Старик немного опешил, а вампир тем временем заполнил кое-что у себя в журнале, написал название травы на клочке бумаги и подал его старику. Тот вышел, в дверях хотел было что-то спросить, но спиной почуял, что этого делать не стоит.

Следующим пациентом была мамочка, жалующаяся на отсутствие у неё молока («и чего она ко мне пришла?», подумал вампир, «ей надо было к другому специалисту обратиться»), ей он посоветовал есть побольше молочного и снова прописал ту же самую траву.

В кабинете он не только изучал пациента, но и, заодно, слушал разговоры посетителей в коридоре. От этого он узнавал гораздо больше, нежели от тех слов, что говорил ему очередной пациент.

— У меня аллергия, — говорила престарелая женщина в косынке, — лицо постоянно краснеет, жжёт. Я даже не понимаю от чего.

— Всё просто, — сказал вампир, — Ваш муж курит. Курит много и часто, а аллергия у вас на дым. Я не знаю, что вы будете с ним делать, но всему виною он. Прописать ему лекарство от курения?

— Да, пожалуйста, — сказала поражённая внезапным диагнозом женщина, о котором ей до этого ни один врач не говорил.

— Вот, держите название лекарства, — сказал вампир, и подал ей листок, на котором значилось: «Краповник жестколистный».

Приняв ещё несколько пациентов, рабочий день вампира закончился. Он собрался и поскорее пошёл в общежитие к девочке. Он даже по ней соскучился, что для него самого было открытием — мало того, что представитель вампиров никого не ест, но даже помогает людям, так он ещё и привязался к маленькой девчонке! Однако, вампиру это не показалось плохим. Он просто почувствовал себя человеком.

Девочка кинулась к нему в объятья, отчего вампир почувствовал себя счастливым, можно сказать, он снова ощутил себя отцом.

— Как я по тебе соскучилась! — сказала девочка, на глаза которой практически навернулись слёзы.

— Я тоже, — улыбнулся вампир. — Ты как здесь?

— Ну... — Виктория немного смутилась, — Привыкаю пока.

— Если что, так ты обо всём мне говори, помогу, — сказал вампир. Девочка взглянула на него, вспомнила, как он может помочь, и решила по пустякам его не беспокоить, а то, не дай Бог, через несколько месяцев в училище будет учиться вполовину меньше учеников, а преподавателей вообще не останется.

— Всё будет хорошо, — сказал вампир, и поведал ей событие, — Я теперь врачом работаю, людям помогаю.

— И что, получается?

— Не знаю пока. Назад ещё никто не приходил... — вампир любил чёрный юмор, но здесь он подумал, что такие слова девочку испугают, — И не придут... то есть, придут... но выздоровевшими! — наконец, нашёлся он.

— Только ты никого не кусай, — украдкой, на ушко, сказала девочка вампиру.

— Не буду, — также тихо шепнул вампир ей в ответ. — Ну всё, мне пора. Завтра я приду к тебе снова.

— Хорошо, — ответила девочка и пошла к себе в комнату. В комнате уже было шумно — девочки живо общались, и обсуждали события дня. Виктории сразу, с порога, сказали:

— Виктория, ты того мальчишку не бойся, он не страшный.

— Какого? — не сразу поняла Виктория.

— А того, который к тебе приставал.

— А я не боюсь... — снова неуверенные нотки зазвучали в её голосе.

— Его не надо бояться. Бояться надо «большого Б».

— Это кто такой, «большой Б»?

— Переросток. Он ко многим девчонкам пристаёт, и к мальчишкам тоже. Пользуется тем, что он сильный. Конечно, сильно он не зверствует, потому что если об этом узнают, то быстро поставят на место, но всё же опасаться его нужно.

— Хорошо, я буду опасаться, — покорно согласилась Виктория.

Девочки дружно засмеялись. Сара хохотала громче всех, сказав затем: «Какая же ты всё-таки провинциалка!», забывая о том, что если на них посмотрит житель столицы, то они все окажутся безнадёжными провинциалами.

Тем временем, подходило время для сна. Настал вечер. Девочки постепенно улеглись в постели, и стали ждать коменданта. Когда он заглянул, то все изобразили вид глубоко заснувших, но как только дверь за комендантом закрылась, то сразу раздались шептания, которые, впрочем, вскоре прекратились. Вся комната постепенно заснула, лишь Виктория почему-то глядела в окно...

...А за окном был тёмный вечер. Небольшой сквознячок трепал занавеску, одновременно создавая в комнате свежесть. Виктория глядела в темноту и думала ни о чём. Ей мерещились какие-то видения, изображающие её родной дом, родные места, родных людей. Она поняла, что очень соскучилась. Поняла, что, может быть, было слишком глупым так вот взять и уехать, никого не предупредив. На миг ей овладело желание бросить всё и вернуться домой, вернуться к маме. Но потом она поняла, что зря ничего на этом свете не происходит. Теперь у неё есть цель, у неё есть путь в жизни, у неё есть... вампир, как бы странно и страшно это и ни звучало.


Вампир уже собрался принять очередного пациента, как вдруг к нему зашёл мужчина средних лет, и спросил: «Некровский, ты есть будешь?», он же не знал, что вампиры не едят человеческую пищу. Однако вампир понял, что не следует выглядеть необычно, и поэтому решил устроить себе обеденный перерыв, который ему в помине не нужен был.

— Да, иду, — ответил он, и сообщил пациентам, что у него обеденный перерыв, но тем было всё равно; казалось, они были готовы находиться здесь весь день.

Обедали в столовой. Смотря на врачей, вампир понял, что они ничем от пациентов не отличаются, потому что любят также трепать языками. Особо он не понимал, когда обсуждали личную жизнь. Вампир считал, что об этом лучше помалкивать, хотя у него самого такой жизни никогда не было — вампириху же сложно найти. И приходилось ему выслушивать множество различных слухов, разговоров и сплетней, потому что он был очень чувствительным на уши:

— Он только и делает, что считает свои победы.

— Да, насчитал уже что-то около полутысячи.

— Когда-нибудь он плохо кончит — или из-за болезни, или его пристрелит ревнивый муж очередной из жертв.

— Ему-то везёт, а я вот вчера, когда наконец-то оказался наедине с подругой, которой добивался уже месяца два, и когда почти уже её уломал... раздался звонок, и ведь даже не мне звонили, что обидно.

— Некровский, ты у нас только недавно появился. Давай, рассказывай о себе.

— Я вам... — начал было честный вампир, который хотел рассказать о том, что он кровопийца, пьёт кровь, и что если они дальше будут так трепать языками, то все вакансии вскоре будут только его, но он воздержался.

— Я иногородний, — решил сочинить он другую правду, — Работал где-то в глуши, потом подумал сменить обстановку. И переехал, правда, пока у меня нет средств для приобретения дома... Но, думаю, будут. 

— Ты женат?

Вампир в ответ показал руки. Колец на них не было.

— Но у меня дочь есть, — сказал он, вспомнив о своей девочке, которая сейчас была в училище.

— Жена что ли, бросила?

— Сложная история, — театрально вздохнул вампир, а потом прибегнул к своему излюбленному приёму — взгляду, после чего все вопросы сразу прекратились.

Вампир снова вернулся в кабинет, по пути слыша мнение коллег о себе, и думая о том, кого бы из них лучше съесть, когда настанет время. В тот день он принял дамочку с простудой; мужчину, который жаловался на облысение, а также особо интересный случай, когда пациент рассказывал ему свои страхи относительно того, что он не спит по ночам.

— Доктор, я умру? Я уже два дня не спал. Такое же было на позапрошлой неделе. Вы мне хотя бы месяц дадите?

Вампир криво, незаметно для больного, ухмыльнулся, и сказал:

— Я вам и дня не дам. Вечером будьте ко всему готовы. А пока попейте травяного чая. Думаю, поможет легче встретить сами знаете что.

Пациент обречённо взял клочок бумаги и пошёл в аптеку. Там уже знали, зачем идёт к ним больной с квиточком, и готовили коробочку с травой, которую никто обычно не покупал, но в последнее время что-то слишком часто стали покупать.

— Я сегодня умру, — обречённо сказал явно больной человек, — Но доктор Некровский сказал мне выпить этой травы, тогда я достойно встречусь лицом к лицу со смертью.

— Некровский, говорите... — если сдержал улыбку аптекарь, — Будем знать.

Он дал просящему травы, а потом позвонил в поликлинику, и сообщил кто всё время назначает своим пациентам одно и то же лекарство. Вампира тотчас же вызвали к главному врачу «на ковёр».

— Нам сообщили из аптеки, что вы всё время выписываете пациентам одно и то же лекарство.

— Да, выписываю. Хотя... скорее рекомендую.

— Даже так?

— А как вы хотели, — сверкнул глазищами вампир, — я не привык к такой работе. Ко мне приходят больные с такими проблемами, которые должен лечить не я. И не другой врач, а они сами. Порой мне кажется, что они сами себе болезни выдумывают, — говорил вампир, лишь подтверждая то, что он людей видел насквозь. Видел он и главного врача, и понял, о ком трепались врачи в столовой. Судя по его крови, он уже всех женщин города держал в своих объятьях.

— Пусть только попробует дотронуться до моей девочки, — как бы на всякий случай сказал про себя вампир.

Главврач прошёлся мимо доктора Некровского, и решил его не наказывать. Дело в том, что он сам прекрасно знал, какие на самом деле из жителей больные, многие из которых отродясь ничем не болели, и поэтому он сказал вампиру следующее:

— Ладно, вы правы. Но на всякий случай, выписывайте им ещё что-нибудь. А то ведь тогда они кого угодно заедят вопросами.

— Хорошо, я так и сделаю, — ответил вампир, и тут же вспомнил ещё с десяток трав, названия которых знал ещё с детства, только не помнил, почему.


Виктория спокойно прогуливалась около заборика, как вдруг рядом с ней оказался большой парень, неприятной наружности и с одним подбитым зубом, что делал его ещё более отталкивающим.

— Но-овенькая, — протяжно произнёс он, — Какая ты сладенькая.

Девочке стало не по себе, она почувствовала, что этот парень плохой. Ей даже показалось, что он намного хуже вампира.

— Мне пора, — Виктория решила уйти.

— Ты куда? — остановил её сильной рукой парень, который оказался небезызвестным «большим Б», буквой «Б» его называли оттого, что его имя было слишком длинным для запоминания. — Я с тобой ещё не закончил. Ты будешь моей девчонкой, и точка.

— Нет, — ответила Вики, — Я не хочу.

— А кто тебя спрашивает? Я здесь главный.

— Главный здесь директор Марианна.

При упоминании непосредственного начальства, паренёк немного струсил, но удержал себя в руках.

— Для тебя я сейчас главный. А если ты кому-нибудь расскажешь обо мне, то тебе не поздоровится, — и «большой Б» совсем не по-джентльменски ударил девочку по лицу, отчего Виктория чуть не упала. Ей хотелось плакать, но она сдержалась. Когда нахальный мальчишка ушёл, она решила никому не рассказывать, кроме вампира. Но ей хотелось, чтобы он его не ел, а ведь вампир может её не послушать. Поэтому она колебалась в выборе — говорить ему всё-таки или нет?

Вампир практически сразу понял что к чему.

— Тебя кто-то обидел, я вижу. Кто это?

Девочка молчала, опустив глаза.

— Давай, рассказывай.

— Ты его съешь, я не хочу, чтобы ты его ел.

— Значит, это мальчик. Уже проще.

— Что проще?

— Есть.

Девочка очень испугалась, но вампир улыбнулся и прижал её к себе.

— Успокойся, я пошутил.

Затем он спросил у коменданта, можно ли ей с ним прогуляться и получил на это разрешение. Они прошлись мимо аллеи, и вампир решил помочь Виктории советом.

— Тебе надо научиться драться.

— Но... я не умею.

— Именно поэтому тебе и надо научиться. Значит так, когда к тебе ещё кто-нибудь подойдёт, ты должна впиться в горло обидчика зубами и вырвать... — и тут вампир заметил ужасный испуг в глазах ребёнка, — Нет, пожалуй... тебе это не подходит.

Он немного подумал, посмотрел вокруг, и продолжил «обучение».

— Самое слабое место мужчины — ты знаешь где?

— Нет.

— Как не знаешь?

— Не знаю, — уверенно ответила девочка.

— Самое слабое место — это голова. Но ты можешь до неё не дотянуться, поэтому бей коленом или ногой аккурат между ног.

— А почему именно туда?

— Так нужно. Давай, попробуй.

Девочка не хотела, но вампир её заставил.

— Представь, что я твой обидчик. Теперь бей.

Девочка неуверенно попыталась задеть вампира. Получилось это у неё как-то неуклюже и робко.

— Нет, бей резче, сильно. Вот так, — вампир показал, как следует бить. Девочка повторила, но снова не очень успешно.

— Уже лучше. Напряги ногу, и резко подними её вверх.

Девочка подчинилась. Вампир посмотрел на неё сверху, и улыбнулся.

— Ничего, через пару недель ты будешь драться как заправский мальчишка.

— А я не хочу драться, я же девочка. Девочки не должны драться.

— Все должны драться. Жизнь — одна сплошная драка.

Вампир немного подумал, и выразил свои мысли иначе:

— Тебе не обязательно всё время драться и бить всех. Просто иногда нужно иметь возможность защищаться. Ты же ведь не знаешь, что в следующий раз может придумать твой «большой Б», а ведь он способен сделать очень плохие вещи. Так что лишнее умение тебе не повредит.

Девочке ничего не оставалось, как с ним согласиться. Через неделю она действительно научилась драться. Вампир как раз в то время выслушивал благодарность пациентки, чей муж из-за травы, что он выписал, бросил курить. Девочка же получила отличную возможность употребить полученные знания на практике, когда «большой Б» снова подошёл к ней (уже в который раз), но с более серьёзными намерениями.

— Стой, — сказал этот наглец Виктории.

— Стою, — спокойно сказала она.

— Знаешь, что я сейчас сделаю?

— Нет, — честно призналась Вики.

— А я знаю. Боишься?

— Чего же следует бояться? Тебя, или того, что ты сделаешь?

— Всего вместе.

Девочке надоело бессмысленно ждать, пока он что-нибудь сделает плохое, но она решила всё-таки просто так его не бить. Надо было, чтобы он заслужил наказание. «Большой Б» наклонился, схватил Викторию за шею, и решил её... поцеловать, но только по-взрослому. Со стороны невесть какое насилие, но Викторию никто до этого так даже не пытался целовать, поэтому она почувствовала, что то, что «большой Б» делает, это плохо, и ударила его, как и учил вампир. Парень очень удивился; удивлялся он так ещё несколько минут, согнувшись на земле. Впрочем, вампиру также не поздоровилось, когда его ученица стала проявлять успехи и ударила «учителя» в то же вышеозначенное место.

Больше этот мальчишка к ней не приставал. Остальные тоже не решались. Девчонки очень удивились — кроткая обычно Виктория, расправилась с самым злостным хулиганом училища.

— Это как же ты так смогла? — спросила Викторию Сара, которая сама умела драться, но не настолько, чтобы обезоружить самого «большого Б».

— Меня мой... мой отец научил.

— Это тот, кто к тебе приходит всё время?

— Да.

— Слушай, попроси его, чтобы он и меня так же научил, а то до меня тут... лезет кое-кто.

— Это кто же? — сразу оживились остальные девочки. — Что-то мы этого не замечали.

— Надо кто, — увильнула от ответа Сара и скорее забралась в свою постель.


Так прошло некоторое время. Вампир продолжал лечить население Красного Яра травами, и почему-то такое лечение всем помогало, быть может потому, что болезней никаких и не было, а может и оттого, что травы действительно хорошее средство. Вампира это мало волновало. Он шёл встревоженный по улице, по направлению к училищу. Ему надо было кое-что рассказать девочке.

— Привет, — улыбнулась ему Виктория, когда увидела вампира.

— Слушай, мне надо тебе кое-что сказать.

— Что такое? — сразу встревожилась девочка.

— Пойдём, прогуляемся.

Они вышли. На дворе уже стояла практически зима — голые деревья готовились покрыться белым снегом, который всё никак не приходил. Морозный воздух делал мягкими мелкие яблочки, и изо рта вампира вовсю валил белый пар. Судя по его количеству, упырь был чем-то не на шутку взволнован.

— Слушай, я только что... съел главврача.

— Как? — широко открыла глаза Виктория, — Того самого?

— Да, моего начальника.

— А почему?

— Во-первых, я есть хотел. А во-вторых... он хотел испортить жизнь одному моему коллеге.

— И что же он хотел сделать?

— Кое-что плохое с женой моего коллеги.

— Очень плохое?

— Конечно.

— Тогда, наверное, это не сильно плохо, что ты его съел.

— Ты так считаешь?

— Конечно, — повторила Виктория слово вампира.

— Теперь у нас должен быть новый главврач. Я даже не знаю, кто им будет.

— Но, люди же ведь должны волноваться насчёт того, что стало с бывшим главврачом?

— Должны, но я... М-м-м, следов-то не оставил. Я его съел полностью. Все считают его без вести пропавшим.

— Мне кажется, это плохо. Не должны люди просто пропадать.

— Но не оставлять же мне полусъеденное тело? — откровенно сказал вампир.

Девочка поняла, что ему в таких делах виднее.

— И ещё, — добавил он, — Мне пора в спячку.

— Ты меня оставишь?

— Придётся.

— И надолго? — встревожено сказала девочка.

— Месяц, может быть, два. Не больше.

— А что скажут на работе?

— Мне за успехи положен отпуск.

— А если что с тобой случится?

— Со мной ничего не случится. Что-нибудь может приключиться только с тобой, но, я думаю, ничего страшного не произойдёт, драться ведь ты уже умеешь.

Они ещё целый вечер разговаривали, а потом вампир отправился в поликлинику, чтобы там незаметно пробраться в свою комнату, запереть её и заснуть. Как показал опыт, к нему никто и никогда не заходил, поэтому упырь был спокоен насчёт спокойного сна.

Он шёл по сонной улице, в сумерках. Из-за угла на него налетел какой-то здоровяк и взял вампира за чистую рубашку, потом он угрожающе сказал:

— Деньги есть?!

Вампир очень злобно на него посмотрел, и процедил: «Отпусти».

Бандит покорно поставил вампира на землю и разжал пальцы. Тогда вампир резко схватил самого бандита и приподнял его:

— Ты чего меня схватил? Не видишь, у меня рубашка чистая!

Когда бандит очнулся, вампира уже не было рядом.


Новый урок всегда интересен. Иногда именно на первом уроке можно узнать всё самое интересное об учителе и о предмете. А потом, зачастую, уже не так интересно. Вот и в этот раз новый преподаватель истории рассказал очень интересные вещи о том, что сейчас происходит в мире, что возможно произойдёт, и какое значение имеет для человечества история. Виктории очень понравилось это введение. Она зачарованно смотрела на мистера Карпа, и внимала каждому его слову. А вот следующие уроки были заметно хуже — что было раньше?, чем занимались древние греки?, в каком году была Вестфальская битва?, почему пала римская империя? — всё это лишь навевало скуку. Но Виктория по-прежнему продолжала внимательно слушать преподавателя, несмотря ни на что.

И учитель не мог не оставить такое отношение незамеченным. Ему казалось, что эта девочка его заинтересовала, что он заинтересовал её. Эти мысли не давали покоя, и, наконец, Карп решился.

— Виктория, — обратился он к девочке, — Ты не могла бы сегодня остаться после уроков?

— Конечно, учитель, — ответила девочка, и хищно обнажила в улыбке зубы.

22 ноября 2004 —
15 сентября 2005

КОММЕНТАРИИ

Имя: *

Цифровой ящик:

Комментарий: *

Выпуск в формате Adobe Acrobat ®

© «Виртуальное чтиво». Рассказ «В сумерках... (окончание)»
Копирование материала допустимо только с указанием прямой обратной ссылки.
Данный рассказ является собственностью «ВЧ».